Купить билет Личный кабинет

ЛЕДОВАЯ ПАНТЕРА

Скорость, мягкие руки, техника высочайшего класса, пластика – на льду Саюстов, словно пантера. По 1988 году рождения он считался одним из самых одаренных и неординарных форвардов. Тройка Тихонов – Саюстов – Голубцов в молодежной сборной России считалась ведущей, выиграв бронзу мирового первенства. Однако дальше молодежных успехов у Дмитрия не пошло. Лишь у Владимира Юрзинова-младшего в «Торпедо», будучи 19-летним, он провел отличный сезон, претендуя на попадание в национальную команду. Однако со сменой тренера в Нижнем Новгороде убрали и Саюстова. Не зажег Дмитрия в ЦСКА и его наставник по бронзовой сборной Сергей Немчинов. В «Тракторе» на форварда посыпались травмы: то плечо вылетит, то ахилл порвется. При этом мудрейший главный тренер челябинцев Валерий Белоусов всегда ценил Саюстова и обещал раскрыть его потенциал. Увы, не вышло, не успел. Теперь наш герой в «Адмирале». Ему 27 лет. Как говорится, пора взрослеть и показывать на льду всё, что умеешь. Дмитрий уверяет, что сделает для этого всё – лишь бы доверяли.   

УДАЧНЫЙ КУРОРТНЫЙ РОМАН

– Дмитрий, известию о том, что ты едешь во Владивосток больше всего обрадовалась супруга, которая родом с Сахалина?

– Она обрадовалась прежде всего тому, что я буду играть в КХЛ. Конечно, мы будем далеко друг от друга, но тут есть свой плюс. Ее отец из города Макарова Сахалинской области, так что родственники недалеко. На Новый год можно будет съездить в гости и к ним, и ко мне во Владивосток заехать.

– Когда семья приедет, или они уже здесь?

– Семья сейчас в Челябинске. Перевозить во Владивосток их не планирую. Они приедут ко мне на определенный отрезок времени, затем на Сахалин к родственникам съездят.

– Расскажи, как вы познакомились: ты из Челябинска, она с Дальнего Востока?

– Я тогда еще в суперлиге играл. С Нижним Новгородом поехали на сборы в Туапсе, Наташа там работала при отеле аниматором. Там и познакомились. В свободное время ходили с ребятами на представления, поймали друг друга взглядами, вышел удачный курортный роман.

– У вас двое детей, на кого похожи?

– Дочке в августе будет шесть лет. Все говорят, что она на меня похожа. Кто чаще меня видит, считают, что дочь похожа на меня, а приезжаем к родителям и родственникам жены, так они говорят, что на супругу. Сына зовут Ярослав, в сентябре исполнится три года. Он смесь мамы и папы. Хотя мои бабушки, дедушки рассказывают, что в детстве я был такой же, как Ярик сейчас.

– Значит, будущий хоккеист?

– Не знаю пока. Дочь занимается в Челябинске фигурным катанием, Ярослава тоже на коньки уже ставил, пару метров пройти может, потом необходимо держать (улыбается). Думаю, со временем он очень быстро научится кататься. На игры приходит всегда с удовольствием, болеет за папу, ему это нравится. Может три периода спокойно сидеть, смотреть на игру. Для детей это редкий случай, обычно они быстро устают. По дому постоянно бегает с клюшками, главный пострадавший – шкаф-купе, пришлось его поменять.

ВАЖНО ПОПАСТЬ К СВОЕМУ ТРЕНЕРУ

– В 19 лет после яркого сезона в фарм-клубе «Магнитки» (77=37+40 очков в 64 матчах) ты неожиданно покинул «Металлург», перейдя в «Торпедо». Неужели оказался не нужен воспитавшему тебя клубу?

– Там, видимо, не видели меня в основной команде. На сборы с первой командой я ездил несколько раз, но приоритет отдавался другим ребятам – как правило, местным. Я же лишь в 14 лет в Магнитку переехал из Челябинска. Может быть, это повлияло. Меня отпустили без проблем, никто не удерживал. Шансов попасть в основной состав было мало. «Металлург» тогда возглавлял Фёдор Канарейкин. Он видел мою игру за вторую команду, его все устраивало, но дальше сборов не выходило. Понял, что мне нужно расти в хоккейном плане, ставить перед собой новые цели. Как только появился вариант с «Торпедо», я сразу уехал.

– Для тебя самый успешный сезон на высшем уровне оказался как раз в «Торпедо.

– Да, когда тренером работал Владимир Владимирович Юрзинов-младший. Он давал достаточно много игрового времени. После смены тренера новый наставник уже не видел меня в составе. При нем я сыграл мало игр и после окончания контракта покинул Нижний Новгород.

– У игроков бытует мнение, что очень важно попасть к своему тренеру.

– Согласен с этим.

– Сергей Львович Немчинов – твой тренер?

– Не сказал бы.

– Однако ты успешно работал с ним в молодежной сборной, он тебе много доверял.

– В молодежной сборной – да, а когда он стал тренером ЦСКА, требования изменились. Первый сезон в ЦСКА я отыграл нормально. Разговаривал после его окончания с Немчиновым: он сказал, что его все устраивает. А вот во втором сезоне он, видимо, ждал от меня чего-то другого. Но что я могу сделать, если игровое время у меня было шесть минут? Я выполнял свою работу, играл в меньшинстве, мы мало пропускали голов при игре вчетвером. Именно на это и рассчитывал тренер, зачастую мы играли лишь в меньшинстве. При этом от меня требовали забивать голы, отдавать передачи, но как это делать, если проводить на льду по шесть минут, не играть в большинстве? Об этом я у него спросил, а в ответ он пожал плечами и дал мне неделю, за которую ничего не поменялось, после чего мне объявили о расторжении контракта.

– В молодежной сборной ты всегда считался игроком первого, второго звена, игроком атакующего плана. А потом, складывается впечатление, что тебя стали переделывать.

– Да, так и было. Я люблю атаковать, играть в большинстве, помогать команде, набирать очки. Это именно мое дело. Вы правильно сказали про молодежную сборную. Там меня сразу наигрывали в первом и втором составе. Мы давали результат на турнирах, на чемпионате мира хорошо сыграли. Придя в ЦСКА, я, конечно, не ждал, что меня сразу поставят в первую или вторую тройку, рассчитывал начать с четвертого, третьего звена. Но и третьего там даже близко не оказалось. При шести минутах на льду тренер требовал от меня голов, очков. Но даже 15 очков при таком количестве игрового времени набрать нереально. Так наши дороги с ЦСКА и Немчиновым разошлись.

ПОСЛЕ РАЗРЫВА АХИЛЛА КАРЬЕРА ПОШЛА ВНИЗ

– В КХЛ какой сезон считаешь лучшим?

– Два сезона в «Тракторе» после перехода из ЦСКА. Тренер доверял, игра нашего звена устраивала, даже несмотря на то, что не набирали слишком много очков за результативность. Было даже так, что в случае травмы кого-то из лидеров играл в первом, втором звене. Тренер доверял, не боялся. А мы, молодые игроки, пользовались этим доверием и не подводили его, но все это у меня было до травмы. Я порвал ахилл – тяжелая травма. После нее все пошло вниз, по наклонной. Лишь в прошлом сезоне начал выходить на свой уровень, ахилл уже не беспокоит.

– Каким тебе запомнился Валерий Белоусов, можно его сравнить с кем-то из тренеров?

– Тренеров нельзя сравнивать. Каждый – отдельная личность. У каждого свое видение игры, своя тактика. Белоусов – советский тренер, тех времен. Он ставил перед командой задачу, и она должна была ее выполнить. Ничего плохого про него сказать не могу, хотя ситуации случались разные. С ним было интересно работать. Запомнились два ярких момента – два сезона, когда «Трактор» завоевал бронзу и серебро. Пока, на данный момент, это самые запоминающиеся сезоны в моей карьере.

– А мы думали, что твоя главная награда – это бронзовые медали молодежного чемпионата мира?

– Это тоже. Награда со сборной всегда считается лучшей, а вот на клубном уровне именно те два сезона.

– Чем запомнился бронзовый чемпионат мира среди молодежи?

– Для меня это был первый серьезный турнир, до него я вызывался в сборную, но на мировых первенствах не играл. На чемпионате мира совсем другой хоккей – быстрый, агрессивный, интересные команды. Единственное, что не удалось – это сыграть с канадцами. Мне очень этого хотелось, но в полуфинале со шведами все решила нелепая шайба, и мы пролетели мимо финала с Канадой. Те чувства и эмоции я не могу передать словами, для этого нужно оказаться внутри сборной. Думаю, если продолжать работать дальше, то еще есть шанс попасть в первую сборную. Надо ставить перед собой цели, без них не к чему стремиться.

С МАМИНЫМ СУДЬБА С ДЕТСТВА ВМЕСТЕ СВОДИТ

– Судьба ребят из того состава сложилась по-разному: кого-то нет в живых, как Алексея Черепанова, а кого-то называют лучшим вратарем России и мира, как Бобровского. Продолжаешь общаться с кем-то?

– Согласен, судьба у всех разная. Было дело, я размышлял о том, у кого какая судьба. С Бобровским последний год уже не созванивались, я потерял его контакт. А до этого общались. Во время чемпионата мира жили с Сергеем в одном номере. На клубном уровне пересекались с Витей Тихоновым, перекидывались словами, узнавали у кого как дела. Но больше всего общался с Бобровским. Он был свидетелем на моей свадьбе.

– А где твой партнер по тройке Вадим Голубцов?

– Насколько я знаю, последний сезон он играл в Липецке (ВХЛ). Давно не общались.

– А нападающий «Адмирала» Максим Мамин был в той сборной?

– Да. С Максом вообще отдельная история. Мы с детской спортивной школы путешествуем вместе, пересекаемся. Судьба везде нас вместе кидает. Я был в «Тракторе», Макс тоже. В сборной вместе играли. Потом читаю новости о том, что я стал игроком «Адмирала», следом подписывают Максима. О, думаю, опять вместе.

В 51 ГОД НЕ КАЖДЫЙ ВЫЙДЕТ НА ЛЕД

– Ты участник Зимней классики ВХЛ. Чем запомнилась тебе игра на открытом воздухе?

– На самом деле очень интересно, но есть один минус – очень холодно. Руки, ноги замерзают. Надо постоянно находиться в движении, а ты приезжаешь на смену, и на лавке начинают мерзнуть конечности. А так ощущения прикольные, атмосфера хорошая, свежий воздух. Впечатления только положительные, жаль, что проиграли тот матч.

– КХЛ стоит провести матч на открытом воздухе?

– Думаю, да. Это и для зрителей, и для игроков будет интересно, новые ощущения.

– А еще ты принимал участие в матче, когда легендарный Вячеслав Фетисов в 51 год вернулся на лед и дебютировал в КХЛ.

– Это было очень неож